«Москва слезам не верит» — чего испугался Владимир?

Я всегда спрашиваю у всех мужчин: «Почему вы водите женщин домой в свою супружескую квартиру?» Никто не отвечает, вероятно, это их инстинкт. Они отмечают свою территорию, им постоянно нужно доказывать, кто в доме хозяин. Единственное, что я понял из этой ситуации в фильме, — никогда не соглашайтесь на свидания в семейной квартире, ни при каких обстоятельствах.

Замечу сразу — я не буду говорить о книге, написанной уже в 1990-х годах, которая произвела на меня печальное впечатление, потому что не соответствует духу фильма. Сегодня я буду рассказывать о Володе, который своей трусливой позицией выбил Катю из колеи. Будто бы она не знала, с кем встречается… В книге этот любовник назывался Петров и работал в той же отрасли, что и Катя.

Описывается первая встреча, которая произошла почти случайно, и была обсуждена тема, что у женщины не было физического контакта в течение целого года (я не люблю книги и фильмы о такой интимности). В фильме нет намека на то, что они — коллеги. Их отношения изображены как давние, уже почти дружба. Здесь интересно другое — от чего именно Володя так сильно испугался?

Своей тещи? Нет. Развода, как позорного статуса в паспорте — ближе к истине. Любит ли он свою жену? Если у него есть долговременные отношения с Катериной, то там давно нет супружеской любви. Есть привязанность и общие цели. Тем не менее, Володя боится разрыва брака и точно не будет разводиться — ни из-за Кати, ни из-за какой-нибудь молоденькой красотки. Это было бы полным провалом.

Итак, мы встречаем Володю у здания Совета Министров, рядом с ним находится «книжечка» СЭВ, межправительственная организация, действующая с 1949 по 1991 годы. В руках у него газета «За рубежом». В этом фильме все детали имеют значение и служат сюжету. Володя — не обычный служащий, он явно из высшего круга и, вероятно, часто выезжает за границу.

Заходя в его квартиру, мы видим типичный набор материальных благ — красивый гарнитур-стенку, дорогие импортные обои в коридоре, отличную мебель и роскошную входную дверь. Однако, у него есть старомодный катушечный магнитофон, хотя в то время было модно иметь кассетный (как, например, у другого персонажа — Юрия Самохвалова в его автомобиле).

Однако люди в возрасте 40+ все же предпочитали использовать старые способы своей молодости, несмотря на свой статус и нужду в показе. На столе стояла электрическая печатная машинка с начатым текстом на листе. Вероятно, ее владелец — журналист-международник, возможно, пишущий для журнала «За рубежом». Это как бы намекает на то, что Катя до Гоши предпочитала общение с представителями элиты.

Почему? Она долгое время старалась доказать самой себе и вымышленному Рудику с телевидения, что она заслуживает лучшего в этой жизни. Но вернемся к Володе и его истерике. Он сильно испугался, что если его обнаружат в так называемой «аморалке», то перестанут пускать за границу и постараются печатать о нем меньше.

Было много людей, которые хотели продвинуться в карьере. Им было бы здорово подколоть удачливого коллегу, который был замечен в неприличном поведении. Конечно, тёща могла бы промолчать и не устраивать скандал, но она поступила бы так из-за своих выгодных побуждений. Ведь если её дочь разведется с успешным мужчиной, то что? Вероятно, мужу Володи уже не 20 лет, а все те же 40+. Но это наверняка испортило бы ему нервы.

Ещё одна важная деталь – Володя мог бы подняться по карьерной лестнице благодаря родственникам своей жены. В нашей стране это называлось «примак» – приёмный зятёк, который жил в доме богатой жены. В СССР таких примаков было множество – какая-то дочь профессора могла влюбиться в симпатичного провинциала, и тесть/тёща начинали его продвигать по карьерной лестнице.

В этом случае тёща была бы беспощадна? Комментарии работают. Спасибо.

Фото: Соцсети. Кадр из фильма «Москва слезам не верит».

Понравился пост? Поделитесь им в социальных сетях. Спасибо!

Пост прочитан: